Чёрный лебедь

22-04-2012 23:52

Как то раз Винзавод пригласил на закрытый премьерный показ фильма Даррена Аронофски «Чёрный лебедь».

Фильм, конечно дилетантский, но некоторые психологические особенности образа “балерины» выписаны интересно. В общем было о чём поговорить, забавно и весело. Компания собралась интересная: Академик психиатрии, американский продюссер (дама), киноактриса и я. Вокруг расположились журналисты с магнитофонами и блокнотами. Нам выдали три микрофона на четверых, потому как положено было говорить всякие умные вещи про это самое кино. Погода стояла прескверная, промозглая; и организаторы поставили обогреватели.

Акцент в сюжете фильма – на характере главной героини, которой не хватает страсти для образа чёрного лебедя, но она прекрасно справляется с партией белого лебедя – очень слаб и не убедителен. Натали Портман хорошо бы справилась с амплуа инженю, например ролью Лизы в «Тщетной предосторожности» или вставного pas de deux в «Жизели». Ответ в самой музыке Петра Чайковского, если закрыть глаза и просто слушать, в партитуре ярко нарисованы образы прекрасной Одетты и принцессы Одиллии.У юной балерины были все домашние условия и поддержка матери, опека которой тотально её подавила. Портман играет “скованную балеринку” с садомазохисткими привычками, зажатую своим воображением, не имеющим выхода никуда, кроме сцены. Утрированно, но верно подмечено.

Отступление.

Обратите внимание на размер стопы :)The White Ballet. Художник Everett Shinn, картина 1904 года. Smithsonian American Art Museum

С эволюцией самого балета усложнилась исполнительская техника, балерина стала лёгкой и утончённой, тело балерины превратилось в скульптурный материал. Например, Голейзовский сначала рисовал линии, лепил фигуры, а затем ставил хореографию. А вот теперь -музыка, которая некоторым совсем не мешает.Почему справедливо считатают русскую классическую школу лучшей в мире? Это действительно так.Вернёмся на минуту в начало 20 века. Мы видим балерину – личность, балерину – актрису, балерину – женщину. А сейчас что? – спросите Вы, – балерины все измельчали? В какой-то степени, да. Но и танцы прошлого нам кажутся смешными, а движения корявыми. Многие балерины тех времён сейчас не прошли бы и вступительный экзамен в балетную академию. Из всех природных данных (шаг, гибкость, прыжок, подъём, выворотность, артистизм), искусственно развить гимнастическими упражнениями можно, разве что … a la second (шаг); прыжка и актёрства сейчас недостаточно, если “балерина” при полном отсутствии подъёма не могла встать на пятачок пуанта. Но вот этого самого артистизма и музыкальности и не хватает. Балет – это не танец, что угодно только не танец, скорее антитанец. Вот посмотрите видео в прошлом посте (Николай Огрызков) – вот это танец, естественное природное движение и пластика. Поэтому-то мы все и мечтали о Ноймайере и Килиане…

В начале 20 века была такая балерина Ольга Преображенская. На редкость музыкальная, она танцевала вместе с музыкой, а не под музыку. Насколько я сейчас могу представить, под конец танцевальной карьеры умная балерина прибавила к поэтике и напевности русского танца виртуозную огранку мельчайших технических деталей балетных pas, которым её обучал итальянец Чекетти.Смотрите, что писал в «Биржевых новостях» Валериан Светлов: “Техника Преображенской, как будто стала более разработанной и уверенной, если только это возможно”. И затем: “Она поэтесса настроений, артистка полутонов и нюансов, а не определенных и резких звуков и красок. Она ближе всего подходит к импрессионистам, к художникам того nouveau art». (невольно сравниваю с «теперь»: играют громко – значит хорошо; поют, как фрики – значит «звезды»)

В двадцатых годах 20 века Европа и Америка наполнилась талантливыми русскими артистами. То, что происходило на Родине (как говорил Набоков: »прежде всего отучитесь говорить Россия, это называется иначе»); действительно имело даже не идейную, а эстетическую дисгармонию. В энциклопедиях биография эмигрантов заканчивалась фразой “эмигрировал, как-то работал, спился, умер в нищите”, нельзя было допустить даже мысли о том, что они променяли родной ГУЛАГ на Бродвей, возродили русские балетные традиции, прибавив технику, актёрскую школу, кинематограф. Оставшимся вручали ордена по нарастающей от четвёртой до первой степени и «полного кавалера» по клише «впереди планеты всей». Если бы открылся железный занавес, некоторым »орденоносцам» контракты бы не светили… Состоялись они именно в СССР (так что не рассказывайте нам, знаете о чём).

Тем не менее Ваганова разработала »методу» классического танца и передала свой секрет ученицам (в училище даже не пахло советской идеологией; и я счастлива что жила там и знала этих людей). Дух “белого балета”, романтической «Шопенианы» был именно там и нигде больше. А в Москве, по моим ощущениям, сов.клише «впереди планеты всей» прижилось, как и всё остальное. Несмотря на отличия петербургской и московской школ, они давно перемешались, так как ленинградские балерины учили в Москве, а московские в Ленинграде. Замечательный педагог Татьяна Попко говорила: “А зачем мне сдался этот ГИТИС? Я сама их научу, а корочка и звания не нужны».Выпуски вагановки 90-х годов устремились на запад, все получили контракты и никто не вернулся, балерина голодной быть не может. Но, что же мы увидели? Уровень солистки балета или корифейки – имеет любая танцовщица приличной труппы европейского театра, четыре тура на пальцах – ерундовое дело, тьфу! А что было в выпускниках русской школы? Правильно, индивидуальность и личность, потому и контракты были всё же сольными, нужны образы.А теперь посмотрим, какое вступление написал Серж Лифарь для фолианта, изданного в 1968 году с фотографиями Serge Lido:“A la fin du XIX siècle, sous la remarquable direcrion de Marius Petipa, le ballet russe atteignait, en Russie, l’apogée de son évolution, de son développement et de sa perfection. Une école nouvelle venait de s’y fonder, une école foncièrement russe, mais qui utilisait tout les apports, toutes les decouvertes de l’absolutisme occidental en matière de danse et de chorégraphie. Une école profondément synthétique conciliant l’ardente âme slave, la grâce française et la virtuosité italienne».

Белый лебедь

Свободный сильный величавый белый лебедь. Совсем непокорный, готовый взлететь и вернуться на озеро.

Wilfride Piollet dans le Lac des Cygnes à l’Opéra de Paris

И прекрасная совершенная Одетта – Наталья Макарова

Serge Lido, «Etoiles et Balletets sovietiques». Preface de Serge LIfar, Paris, 1968

Одиллия - Елена Рябинкина

Белый лебедь и страстный характер (белый лебедь с длинной чёрной шеей)

Cygnus melancoryphus

В первоначальной постановке «Лебединого озера» партии Одетты и Одиллии исполняли разные балерины.Два разных темперамента: лирический и страстный. Идеал? На мой взгяд две эти роли исполнила Наталья Макарова.

Чёрный лебедь – Одиллия – Наталья Макарова (Natalia Makarova & Ivan Nagy. American Ballet Theater. Чёрное pas de deux)

Психологический триллер и смерть.

По законам жанра, вернёмся к примитивному «аронофски-психологическому триллеру о балерине» - Black Swan.

В искусстве смерть может изображаться величественной и красивой. «Лебедь» Камиля Сен-Санса из “Карнавала животных» не умирал; покорную смерть ему приготовил Михаил Фокин, тогда и родился шедевр в исполнении Анны Павловой “Умирающий лебедь».

На картинах также смерть выглядит живописно, даже если лебедь – просто дичь.

Frans Snyders, 1614. Wallraf-Richartz-Museum

Физиологическая смерть некрасива.

Героиня фильма Даррена Аронофски страдает раздвоением личности. Она втыкает себе в живот осколок от зеркала. Красный цвет на белой пачке – вот финал той истории. “Я испытала”. Ну и что Вы теперь скажете?

Official trailer

Текст @ Анна Плисецкая,  22 апреля 2012

оригинал

Сноб.